Летом 75-ого Эндрю с Тимом вплотную приступили к работе. Тим приезжал к Эндрю в его поместье Сидмонтон Корт, и возвращаясь вечером в своё поместье (оно было расположено неподалёку), слушал по дороге записи того, что им удалось сочинить за день. Работа шла довольно быстро - по старой схеме, удобной для обоих авторов: сюжет, драматическая линия, музыка, а затем тексты. Эндрю, в младенчестве засыпавший только под латинские ритмы пластинок Эдмундо Роса, прекрасно "вплёл" в музыку к "Эвите" латинские мотивы. Вновь, как это уже было с "Иисусом", предполагалось сначала выпустить альбом, а уже потом, если альбом будет иметь успех, ставить мюзикл - или если говорить точнее, рок-оперу - в театре. Кроме того, рок-опера снова должна была быть "sung-through" (то есть полностью петься - как это было в "Иисусе Христе Суперзвезде").

Первая исполнительница роли Эвы Перон - Жюли Ковингтон

Всем известная страсть Тима Райса вводить в свои мюзиклы рассказчика (Ведущая - в "Иосифе", Иуда - в "Христе") дала о себе знать и в этот раз. В данном случае рассказчиком было суждено стать легендарному революционеру, родившемуся в Аргентине - Эрнесто Че Геваре. Хотя следует заметить, что первоначально Че не мыслился как Че Гевара. Ведь "Че" в Аргентине означает просто "парень", "дружище" - в общем, обычное обращение. Че предстаёт в "Эвите" в качестве ироничного комментатора - он с горечью описывает ситуацию, сложившуюся в его родной стране, рассказывает зрителю о восхождении Эвы Дуарте на политический Олимп и постоянно выступает в роли её оппонента.

Рок-опера имеет кольцевую композицию и начинается "с конца" - 26-ого июля 1952-ого года людям, смотрящим фильм в кинотеатре в Буэнос-Айресе, сообщают, что первая леди Аргентины, Эва Перон, "обрела бессмертие". Среди зрителей находится и юный аргентинский студент Че. Во время пышных похорон, когда вся нация скорбит по своей святой, Че единственный, кто настроен скептически. В песне "О, что за цирк!" (Oh, What a Circus!") он язвительно высмеивает всех, кто пришёл на похороны, и задаёт жителям Аргентины вопрос: "А кем же на самом деле была Эвита Перон?". Тим очень гордится своей гениальной строчкой "mourning all day and mourning all night" - "скорбя весь день и всю ночь", потому что получается интересная игра слов - "утро весь день и утро всю ночь" ("morning" - "утро" по-английски - произносится также как и "mourning"). Также интересна рифмовка - многие обычно недоумевают, почему Тим решил, что слова "show" и "Peron" рифмуются?

Oh what a circus! Oh what a show!
Argentina has gone to town
Over the death of an actress called Eva Peron
We've all gone crazy
Mourning all day and mourning all night
Falling over ourselves to get all of the misery right

Oh what an exit! That's how to go!
When they're ringing your curtain down
Demand to be buried like Eva Peron
It's quite a sunset
And good for the country in a roundabout way
We've made the front page of all the world's paper today

А он так вовсе и не решал - просто слова из первого куплета рифмуются не между собой, а со словами из второго (то есть, "show"-"go", например). "От тебя так мало требовалось, Эвита - всего-то стать бессмертной, но ты подвела своих людей", - издевается Че. Дальше опять игра слов - "that's a pretty bad state for a state to be in" (слово "state" по-английски означает сразу и "государство", и "состояние").

Действие переносится на много лет назад - в 1934-ый год. Эве Дуарте всего 15 лет. В ночном клубе в её родном городе Хунине заканчивает своё выступление певец Августино Магальди. (песня "В ночь тысячи звёзд" ("On This Night of a Thousand Stars")) Первоначально Эндрю хотел вставить в "Эвиту" танго реального Магальди и даже приобрёл несколько его пластинок, но они показались ему настолько ужасными, что в итоге он решил сам написать эту песню. А Тим добавил "сладкий", довольно бессмысленный (как, собственно, того и требует жанр) текст в духе типичной любовной песни. "В эту ночь тысячи звёзд позволь унести тебя к вратам рая, где вечно играет музыка любви...".

У Эвы роман с Магальди - и она просит его взять её с собой в Буэнос-Айрес. Тим здесь опять выдал гениальную строчку: "I wanna be a part of BA - Buenos Aires - Big Apple!". "Big Apple" вообще - народное название Нью-Йорка, но тут, скорее, употребляется как символ большого города - к тому же, первые буквы совпадают с первыми буквами названия аргентинской столицы... Магальди сопротивляется (он-то думал, что это будет роман длительностью в одну ночь, но не тут-то было!), пытается отговорить её ("Эва, берегись города" ("Eva Beware of the City")) - "...он голодный, в нём холодно, его невозможно контролировать - он безумен! Дураков он проглатывает, а других делает теми, кем им не следовало бы становится..." Магальди упирает на то, что без связей и без денег, не принадлежа к среднему классу, Эва не сможет пробиться в большом городе, а также на то, что город испортит её. Но Эва, во-первых, ненавидит средний класс (до сих пор не может простить им того факта, что её не пустили на похороны её отца - официальная семья которого как раз была из среднего класса), а во-вторых, вовсе не боится быть "испорченной". (Куда уж дальше-то - в пятнадцать лет проводить ночи с заезжими певцами танго!).

Под напором Эвы и её родственников Магальди вынужден согласиться, и Эва едет с ним в "Буэнос-Айрес" ("Buenos Aires"). "Дай мне кредит - я найду чем отплатить тебе!" - просит Эвита у города-мечты. В эту яркую, энергичную, быструю песню Тиму удалось засунуть кучу названий улиц и площадей Буэнос-Айреса - поездка в столицу Аргентины явно не прошла даром!

В городе Эва быстро избавляется от Магальди и, меняя одного любовника на другого, продвигается по лестнице славы и успеха всё выше и выше - становится моделью, радиозвездой и актрисой ("Спокойной ночи и спасибо!" ("Good Night and Thank You")). "Нет, никогда не было и никогда не будет любовника - мужчины или женщины - который не хотел бы извлечь для себя выгоду из своего романа. Они надеются, что их партнёр поможет им, поддержит их, продвинет их куда-нибудь - не обвиняйте их, вы и сами такие...", - весьма цинично заявляет Тим устами Эвиты и Че. Такая вот философская мысль присутствует наряду с хулиганским "застегни ширинку и проваливай!". Отвергнутые и использованные любовники страдают, но Эвиту это совершенно не беспокоит - ведь они лишь "ступеньки лестницы".

"Самая удачливая карьеристка со времён Золушки", - саркастически комментирует Че. Впрочем, самого Че гораздо больше волнует его изобретение, благодаря которому он собирается разбогатеть - а именно новый инсектицид (этот сюжет Тим выудил из биографии Че Гевары - тот, оказывается, до того как стать революционером действительно торговал средствами для борьбы с насекомыми). В песне "Леди обладает потенциалом" ("The Lady's Got Potential") Че в основном рассуждает именно про свой инсектицид, всячески рекламируя его достоинства, а по ходу представляет слушателям полковника Хуана Перона, тоже, как и Эва, быстро продвигающегося вверх по карьерной лестнице. Правда, похоже, что идею про инсектицид мало кто воспринял и понял - во всех последующих версиях "Эвиты" данная песня отсутствует или наличествует в изменённом виде. Но об этом чуть позже. А идея была, в принципе, неплохая - даже, в каком-то смысле весьма метафоричная: "Всего один взрыв - и насекомые мрут как мухи!" - сюжет, скорее, политический, нежели из мира членистоногих... Итак, Перон начинал в армии инструктором по лыжам, затем женился, но его жена умерла (кстати, тоже от рака) - представьте себе, если бы этого не случилось, комментирует Че, мы бы были лишены возможности наблюдать "душещипательный, выжимающий слёзы взлёт Эвиты"! Потом Перон вступает в партию G.O.U. - "Государство. Порядок. Единство", и теперь от контроля над страной его отделяет всего лишь несколько шагов...

Эвита решает, что для дальнейшего "продвижения" ей было бы неплохо познакомиться с Пероном - к тому времени уже вполне значительной политической фигурой. Такой шанс ей подворачивается на благотворительном концерте в пользу пострадавших от землетрясения в Сан-Хуане, где Перон присутствует, чтобы ещё больше поднять свой рейтинг. После концерта, на котором, кстати, выступает и старый знакомый Эвы Магальди, Эвита знакомится с Пероном ("Я удивительно подхожу тебе" ("I'd Be Surprisingly Good For You")). Несмотря на проникновенную, нежную мелодию этой баллады, её нельзя назвать любовной - Эвита не признаётся Перону в любви, она просто доказывает ему, что они нужны друг другу для достижения своих целей, и Перон признаёт это. (Тим Райс, с моей точки зрения, вообще не считал, что эти двое любили друг друга). В конце песни звучит реприза "Спокойной ночи и спасибо!" - лишнее доказательство того, что и Эвита, и Перон просто собираются воспользоваться помощью друг друга.

Эвита выгоняет юную любовницу Перона из его дома. Для этого персонажа авторы специально написали отдельную балладу ("Ещё один чемодан в ещё одном холле" ("Another Suitcase In Another Hall")). Красивая мелодия и серьёзный текст (Тим считает, что текст этот "слишком взрослый" для юной девушки) сделали эту песню, впервые записанную Барбарой Диксон, популярным хитом.

Аристократы и военные возмущены тем, что новая любовница полковника Перона Эва Дуарте стремится активно заниматься политикой, вместо того, чтобы довольствоваться своим положением ("Опасная шлюха" ("Dangerous Jade")). Для этой песни Тим написал очень резкий, грубый текст - соответствующий агрессивной музыке и настроениям аргентинских офицеров и аристократов. "Она не должна вылезать из постели...", - гневно заявляют офицеры, по ходу называя Эвиту всякими нехорошими словами...

Но рабочий класс поддерживает Перона - благодаря совместным стараниям полковника и Эвы, в то время как у аристократов и военных нет явного лидера. Эвита решает, что настало время для того, чтобы Перон стал президентом Аргентины. Тот, правда, не так уверен в этом, считая, что ещё есть возможность вовремя выйти из опасной игры и вести спокойную, тихую жизнь где-нибудь в Парагвае, где он вполне мог бы "потягивать коктейли на террасе, получать "завтрак в постель", мирно спать и разгадывать кроссворды". Но Эва не отступает - не для того она делала всё это, чтобы осесть в каком-нибудь захолустье - ей нужна власть, причём власть над всей страной ("Новая Аргентина" ("New Argentina")). Фразу Эвы "Нам... тебе преподнесут власть на тарелочке...", думаю, можно оставить без комментариев. Песня "Новая Аргентина" также славится таким перлом от Тима как "Sometimes it's very difficult to keep momentum if it's you that you are following" - фраза Эвиты, обращённая к Перону, перевести которую дословно можно примерно так: "Иногда очень трудно оставаться энергичной (сохранять энергичность, движущую силу; двигаться вперёд), если следуешь за тобой". Эту фразу жена Тима, Джейн, вышила на подушке, которую преподнесла затем ему в подарок.

Популистские жесты и речи Эвиты приносят Перону любовь и поддержку "дескамисадос" - "безрубашечников". Её демагогическая аргументация восхищает: "Он (в смысле - Перон) поддерживает вас, потому что он любит вас, понимает вас, он - один из вас, если бы это было не так - разве смог бы он любить меня?". В итоге, в 1946-ом году на очередных президентских выборах Перон одерживает победу. Во время инаугурации Перон и Эвита - теперь уже муж и жена - выступают с балкона Касы Росады ("Розового дома" - так называется президентский дворец в Буэнос-Айресе). Толпа, собравшаяся на площади, приветствует Эвиту гораздо горячее, чем только что избранного президента - частично благодаря страстной речи, которую она произносит ("Не плачь по мне, Аргентина" ("Don't Cry For Me Argentina")). Эту песню (мелодия которой является вариацией на мелодию песни "О, что за цирк!" - а вернее будет сказать, наоборот: "О, что за цирк!" является вариацией на "Не плачь по мне, Аргентина", пришедшей в "Эвиту" из "Down thru' summer" - написанной когда-то для Роз Ханнаман) Тим задумал и написал как нагромождение популистских бессмыслиц, пытаясь показать, что народу Аргентины было абсолютно неважно, что говорит Эвита - важно было, как она умела это сказать, чтобы повести за собой массы. Как комментирует в этой песне Че: "Наблюдая за этой безвкусицей, нельзя не восхититься постановкой шоу". Ставить шоу Эвита действительно умела очень хорошо.

Песня "И вот ты наверху" ("High Flying, Adored") (бывшая когда-то давно песней "Down on the farm", и даже сохранившая в себе некоторые строки оттуда) открывает второе действие. Че пытается добиться у Эвиты ответа на вопрос о том, что она намерена делать дальше, что она думает по поводу своего успеха. "Ты стала известной так рано, так легко - а это не самый мудрый поступок..." - рассуждает Че о Эвите - а точнее, Тим о себе и об Эндрю, ведь они поступили точно также - очень рано стали известными. "Их любовь больше не будет тебя волновать, но ты впадёшь в отчаяние, если они вдруг возненавидят тебя...". Что будет дальше - этот вопрос очень волновал Тима. Но Эндрю не разделял его опасений и очень рассердился, когда друг поведал ему, что эта песня про них.

Че не добивается определённого ответа от Эвиты ("Я просто заполнила пустое пространство, но никто не смог бы заполнить его так, как я...") - её мысли уже заняты предстоящим туром в Европу. Она хочет сверкать, блестеть, одеваться в самые дорогие и прекрасные наряды, чтобы затмить своим блеском своего давнего врага - аргентинскую аристократию ("Радуга" ("Rainbow High")). Тур по Европе ("Радужный тур" ("Rainbow Tour")) начинается удачно - франкистская Испания в восторге от жены аргентинского президента ("Но это нетрудно, если ты симпатичнее чем генерал Франко!"). Тим гордится своей строчкой "Franco's reign in Spain" - из-за получающейся в ней игры слов: "reign in Spain" ("правление в Испании") вызывает ассоциацию с пресловутым "rain in Spain" (помните, в знаменитом мюзикле "Моя прекрасная леди" - "дожди в Испании идут на равнинах"?). В Италии дела идут уже не так хорошо ("Они сравнивают Перона с Муссолини - не пойму почему!"). Во время визита во Францию Эва внезапно чувствует себя уставшей и ей приходится вернуться на родину. Перон и офицеры, поначалу на вопрос "Сможет ли Эвита сделать это?" уверенно отвечавшие "да", под конец песни уже не могут дать однозначного ответа.

Че пытается получить лицензию на продажу своего инсектицида, но ему отказывают в этом. Эвита в это время решает основать Фонд Эвы Перон - очередная популистская акция, позволяющая ей стать почти божеством для своего народа, а заодно и положить значительную часть собираемых денег себе в карман ("И деньги закрутились" ("And the Money Kept Rolling In (And Out)")). "Когда деньги начинают крутиться, никто не спрашивает, как!". Эту песню первоначально исполнял менеджер Фонда, и лишь в более поздних вариантах её отдали Че. Народ Аргентины боготворит Эвиту ("Санта Эвита"). Че же полностью в ней разочарован, и в очередной раз пытается выяснить её планы на будущее. "Вальс для Эвы и Че" ("Waltz For Eva and Che") - политический спор, в котором Эва пытается доказать, что лучше помочь немногим, чем не делать ничего для всей страны, а Че обвиняет её в популизме, недальновидности, а также в уничтожении своих политических оппонентов. Эва вдруг осознаёт, что больна, и что скоро умрёт.

Это понимает и Перон. И хотя он и заявляет офицерам, что "Она - алмаз" ("She's a Diamond"), самый крепкий в мире камень, "алмаз в скучных серых жизнях аргентинцев", а также напоминает всем о её заслугах, он знает, что ей осталось жить недолго, поэтому пытается отговорить жену от идеи участвовать в выборах на должность вице-президента. Эвита не соглашается с ним сначала ("Сонет Эвы" ("Eva's Sonet")). "Мой народ...", - говорит она, но муж резко обрывает её: "Народ никому не принадлежит!... И в конечном счёте, народ не имеет никакого значения". Эвита не хочет сдаваться - ей, всегда бывшей сильной, сложно признать свою слабость, она, чувствующая себя "самой Аргентиной", не может признать поражения. У "Сонета Эвы" очень сильный текст, да и вообще это очень красивая и производящая впечатление песня, и очень жаль, что её не стали включать во все последующие версии.

С каждым днём Эвита становится всё слабее и слабее - силы оставляют её - и она решает отказаться от своей безумной и невыполнимой идеи, о чём и говорит народу Аргентины в своём последнем выступлении ("Последнее выступление Эвы" ("Eva's Final Broadcast")). "Не плачь по мне, Аргентина, - говорит Эвита своему народу, - правда в том, что я никогда не оставлю тебя... Я - Аргентина, и всегда ею буду". В последние часы жизни перед её глазами мелькают лица, люди и события её прошлого. "И вот ты наверху" неожиданно звучит в исполнении Перона. Эвита задаётся вопросом ("Плач Эвы") - была бы её жизнь счастливей, если бы она прожила её по-другому - просто как обыкновенная женщина, родив детей и не стремясь к славе? Быть может, тогда её жизнь была бы длиннее... Тим считает, что именно над этим вопросом должна была задуматься умирающая женщина. "Выбор был моим - я могла посвятить свою жизнь служению людям, которых могла никогда не видеть, а могла посвятить её своим собственным детям... Я думала, чем больше людей меня любят, тем я буду более любима, но к таким вещам неприменимо умножение... О моя дочь, о мой сын, поймите меня!"... Смертью Эвиты заканчивается опера.

Тим настаивал на том, чтобы поставить "Эвиту" в театре как можно скорее. Эндрю был в сомнениях - он всё ещё не оправился после провала своего мюзикла "Дживс". К тому же композитор требовал оркестр из шестидесяти инструментов для своей аранжировки, а ни один театр, разумеется, не мог себе такого позволить. Но Эндрю удалось переубедить, и знаменитый режиссёр Хэл Принс начал работу над постановкой.

Правда, оставалась одна проблема - Жюли Ковингтон наотрез отказывалась повторить свою роль на сцене. Тим пошёл на отчаянный шаг (заручившись благословением и прощением жены) и пригласил Жюли на ужин, решив сделать всё возможное, дабы уговорить её, но коварная актриса пришла на ужин в компании какого-то типа, и обаяние Тимоти Майлза Биндона Райса не произвело на неё ровным счётом никакого впечатления. Встал вопрос - кто же будет играть Эвиту в театре?

Тим и Жюли Ковингтон

Элейн Пейдж - исполнительница роли Эвы

Прослушивания шли очень долго - претенденток было много, но мало у кого был нужный для роли диапазон. Поисками кандидатуры занимался даже Билл Ллойд Уэббер - он предложил Эндрю и Тиму взять в мюзикл начинающую оперную певицу, испанку, но парни не разделили его энтузиазм и кандидатуру мягко отвергли. Певицы, жаждавшие сыграть Эвиту, замучили несчастных авторов исполнением шестиминутной "Не плачь по мне, Аргентина" - так что они поклялись себе, что отныне центральные арии их мюзиклов не будут длиннее двух минут пятнадцати секунд. В итоге остались две девушки, из которых надлежало выбрать Эвиту - Элейн Пейдж (урождённая Бикерстафф), будущая королева британской сцены, а тогда - молодая и ещё никому неизвестная актриса, игравшая в труппе "Иисуса Христа - Суперзвезды", и Бонни Шон - американка, ставшая звездой после того, как сыграла в новом мюзикле американского композитора Сондхейма.

Хэл Принс был за мисс Шон, Тим - за Элейн, а Эндрю колебался, но на финальном прослушивании британка окончательно покорила всех своим голосом и драматическими способностями. К тому же, Тим считал хорошим знаком тот факт, что инициалы актрисы совпадали с инициалами героини (также как инициалы Жюли Ковингтон - J.C. - совпадали с инициалами героя их предыдущего мюзикла). Эвита была найдена. Через некоторое время все заметили, что Тим проявляет интерес не только к голосу Элейн и её актёрским способностям... Но вернёмся к "Эвите". Актёрский состав был подобран - на роль Че пригласили знаменитого рок-певца Дэвида Эссекса (Колма Уилкинсона в то время музыкальный театр мало привлекал - у него была успешная карьера рок-музыканта и связывать свою жизнь с театральными подмостками ему не хотелось) - и репетиции в театре Принца Эдварда начались. Дэвид Эссекс, к слову, до этого уже имел опыт общения с музыкальным театром - в мюзикле "Godspell" он исполнил роль Иисуса Христа.

Дэвид Эссекс - исполнитель роли Че

Режиссёр Хэл Принс

Проблемы возникли вновь - на этот раз с оркестровками. Их нужно было переписать для оркестра меньшего размера - и чтобы не тревожить понапрасну Эндрю, решили пригласить для этой цели американца Херши Кэя. Но тот сделал работу так ужасно, что Эндрю пришлось спешно переделывать всё самому. Но вот наконец все проблемы были позади, и 21-ого июня 1978-ого премьера "Эвиты" состоялась.

Театральная версия несколько отличалась от версии на Concept альбоме: во-первых, Хэлу Принсу не понравилась малопонятная непосвящённым идея про инсектицид - поэтому вместо песни "Леди обладает потенциалом" в спектакль была внесена новая песня - "Искусство возможного" ("The Art of the Possible"). ("Политика - искусство возможного!"). Во время исполнения этой песни персонажи-политики на сцене, среди которых и полковник Хуан Перон, играют во что-то вроде "Недостающего стула" и постепенно выбывают из игры один за другим. В итоге, на последнем оставшемся стуле, разумеется, остаётся никто иной как Перон.

One has no rules
Is not precise
One rarely acts
The same way twice
One spurns no device
Politics - the art of the possible

Кроме того, Хэл Принс сильно сократил финальную сцену - он явно не проникся идеей Тима о том, что Эвита перед смертью должна думать о своих неродившихся детях, а вернее, он просто не понял, что Тим имел ввиду - когда Тим поинтересовался у режиссёра, зачем он оставил строчки "О моя дочь, о мой сын!", если уж он выкинул всё остальное (что сделало сцену ещё менее понятной), тот ответил, что считал это обращением Эвиты к своему народу. "Если бы это было так, я бы, наверное уж, написал "О мои дочери, о мои сыновья!"" - попытался поспорить Тим, но тем не менее сцена осталась в спектакле именно в таком варианте. Плюс к ней добавили размышления Че на тему кончины главной героини. Тим также добавил в песню "О, что за цирк!" куплет, в котором Че объясняет публике, что, собственно, он тут делает - "Кто я такой, что смею идти с высоко поднятой головой, в то время, как миллионы людей скорбят? Оппортунист, предатель, дурак? Или просто человек, видевший <...> как истекает кровью его распятая страна? Не одна она умерла!".

And who am I who dares to keep
His head held high while millions weep?
Why the exception to the rule?
Opportunist? Traitor? Fool?
Or just a man who grew and saw
From seventeen to twenty-four
His country bled, crucified?
She's not the only one who's died!

Кроме этого, было сделано ещё несколько менее значительных изменений.